Pollen papers 019

Plus, by Joseph McElroy (New York City: Alfred A. Knopf, 1977). Сover: Fred Marcellino

Роман Джозефа Макэлроя «Плюс» 1977 года, безусловно, самая-самая обделенная моим вниманием книга. Собственно говоря, я купил этот роман в мягкой обложке издательства Кнопфа 1 (один из первых примеров одновременного появления книги в переплете и массового варианта в мягкой обложке), увидев на полке университетского книжного магазина в Сиэтле еще в начале 1977 года. Я как раз окончил замечательный курс по английской литературе, в ходе которого наш профессор провел класс лабиринтами «Улисса», предоставив нам абсолютно все необходимые инструменты для чтения, так что я ощущал полную готовность взяться за самый устрашающий из текстов. К тому же, в это время я открывал для себя экспериментальную прозу, наслаждаясь Кено 2, Стивом Катцем 3 и Хэрри Мэттьюзом 4, и мне казалось, что «Плюс» будет того же поля ягодой.

И вот я приступил к чтению:

Он обнаружил, что это было повсюду. Оно открылось и оставалось закрытым. Он ощущал, что это был он сам, и в то же время это было нечто большее. Оно сжимало снаружи и выдавливало изнутри. Имп Плюс обнаружил это повсюду. Он был Имп Плюс, и это не было началом 5.

Я барахтался несколько страниц, затем сдался. Мне казалось, что я пытаюсь взобраться без снаряжения на Эль Капитан 6 

Я отложил Улисса, там он и пылился на отрезке в 35 лет и десяток шагов.

Запуская сайт Neglectedbooks семь лет назад, я осознавал, что рано или поздно мне придется вернуться к этому испытанию. И когда несколько недель назад мне необходимо было совершить длительный перелет из Амстердама в Миннеаполис, я увидел в этом шанс выкроить время и компенсировать недостаток внимания.

Джозеф Макэлрой является, возможно, самым недооцененным и в то же время самым высоко почитаемым из ныне живущих писателей-романистов Америки. Недооценка основывается на том простом факте, что, как пишет Скотт Уилсон в Constant Conversation«Вероятно, за всю его карьеру не было такого, чтобы все его книги издавались одновременно». Можете не искать его книги в Barnes & Noble 7. Лишь один из ста, кому знакомы имена Филипа Рота, Дона Делилло или Тони Моррисон, узнает Макэлроя или сможет назвать какие-то из его произведений.

И в то же самое время, однако, многие из тех, кто читал Макэлроя, считают его одним из мастеров современной американской прозы. Каждый из его основных романов — «Библия контрабандиста» (1966), «Похищение Гинда» (1969), «Смотровой картридж» (1974) и «Женщины и мужчины» (1987) — получили пылкие отзывы ряда самых искушенных литературных критиков. «Женщины и мужчины», на самом деле, называют «самым важным американским романом со времен «Радуги тяготения»». Его творчеству посвящен выпуск Review of Contemporary Fiction и Golden Handcuffs Review, наряду с многочисленными заметками в академических журналах. И даже «Плюс» имеет собственную статью в Википедии. Но, как написал Гарт Риск Голберг в L.A.Times в блоге «Аннотация на обложке»: «Творчество Макэлроя созвучно с описанием опуса композитора в «Распознаваниях» Уильяма Гэддиса (О нем все еще говорят с превеликим уважением, когда вспоминают, но редко исполняют)»

Из-за чего же игнорирование? Я думаю, причина проста: его проза слишком сложна. Как написал один из рецензентов на Амазоне о «Женщинах и мужчинах»: «Если вы не читали раньше Макэлроя, не кидайтесь в него очертя голову, если только не считаете себя отважнейшим и храбрейшим из читателей». Макэлрой пишет для взрослых. Под этим я подразумеваю, что он не берет за руку читателя и не ведет через произведение как сопровождающий группу школьников. Он ждет от читателя, что он сам откроет его для себя, и более того, предвосхитит повествование, имея достаточно мужества набрать побольше воздуха и броситься в пучину текста.

Мне нравится, как это описал в своей статье «Отвага Джозефа Макэлроя» в Golden Handcuffs Review Майк Хэппнер: «Необходимо мужество, чтобы написать предложение подобное приведенному выше (из «Женщин и мужчин»), рискуя неприглядностью, аритмией, тональной непоследовательностью: в такие моменты диссонанса и рваного темпа мы начинаем сомневаться в том, что слышим (или, как Карл Рагглз бросил в защиту Чарльза Айвза, дрожащему как лист любителю симфонической музыки, ожидавшему Брамса: «Почему бы Вам не предстать перед прекрасной сильной музыкой и не использовать Ваши уши как подобает мужчине?»

Уж если быть абсолютно точным, фраза принадлежит Айвзу, на концерте его музыки Рагглз процитировал: «Когда вы слышите сильную мужскую музыку, подобно этой, сядьте и ИСПОЛЬЗУЙТЕ ВАШИ УШИ КАК ПОДОБАЕТ МУЖЧИНЕ!» Я часто думаю об этих словах, и, несмотря на скрытый шовинизм, их следует применять ко всем, кто сталкивается со сложными формами искусства. 

И вот, собрав всю свою читательскую отвагу, я погрузился в «Плюс», едва заняв свое место в самолёте.

Реальный сюжет «Плюса» объяснен сразу же на обложке:

Плюс — это медитация, ощущение человеческого мозга, отчлененного от туловища, мозга, когда-то принадлежащего человеку, у которого была жена и ребенок, а сейчас вращающегося в капсуле вокруг Земли.

Функция мозга, как части проекта связанного с солнечной энергией, отслеживающего рост внутри капсулы и передающего информацию через концентрационную петлю ученым на Землю, которые известны ему лишь на слух: Приятный Голос и Резкий Голос.

Капсула это ИМП: Исследовательская межпланетная платформа. Имп Плюс это мозг, центральный процессор спутника ИМП, или, по крайней мере, одно из его ключевых бортовых оборудований.

Но эта история на самом деле вовсе не главное в «Плюсе». Вместо этого Макэлрой создает нечто такое, что заставляет все предыдущие попытки передачи потока сознания казаться всего лишь детской забавой. Настоящей драмой в «Плюсе» является то, что сознание конструирует свои собственные средства понимания.

В этом случае, сознание имеет дополнительную проблему, функционируя в отсутствии своих собственных чувств. Имп Плюс — это мозг в сосуде, так сказать, и этот сосуд вращается по орбите вокруг Земли. В то время, как он выполняет различные исследовательские задачи, он изо всех сил пытается установить картину нового для себя мира посредством чрезвычайно ограниченного набора входящих данных. У него нет кожи, чтобы почувствовать; нет языка, чтобы попробовать; нет ушей, чтобы услышать. Хотя входящие данные с наземного центра управления передаются как голоса, я вижу их скорее как бегущую командную строку: «ИМП ПЛЮС МЫ НЕ ВИДИМ СНИЖЕНИЯ ЗАРЯДА АККУМУЛЯТОРА».

В другой статье из Golden Handcuffs Review, «Чувства в романе «Плюс» Джозефа Макэлроя», Ив Абри доказывает, что Макэлрой «регулярно использует синестезию 8 …настаивая, что чувствами являются как восприятие, так и клеточная биология». Я думаю, это проиллюстрировано тем, как Имп Плюс ассоциирует с голосами передачу командной строки:

В промежутке между которыми, слабое эхо, должно быть, доноситсяпередавая требуемую скорость. Но является ли скорость правильной? Да и Имп Плюс не знает, кому эти передачи адресованы — Земле или ему самому. Кажется, что он передает внутри себя. СЛАБОЕ ЭХО. РЕЗКИЙ ГОЛОС. ПРИЯТНЫЙ ГОЛОС.

Он должен прислушиваться к впадинам, он должен прислушиваться к выступам, и к формам вокруг, внимают ли они ему или нет.

Здесь было много чего вокруг, и это все вокруг присоединялось к Имп Плюсу.

Таким же образом он приобретает способность видеть:

Имп Плюс знал, что у него нет глаз. И в то же время он видел. Или убеждал себя в том, что видит.

Возможно, отростками.

Но есть еще один источник, который Имп Плюс не ассоциирует с чувством, даже несмотря на то, что он включает собрание ощущений — память. Как говорится в аннотации на обложке, Имп Плюс был мужчиной с женой и ребенком, до того, как его мозг был извлечен и перемещен в капсулу. В самом начале книги мозг осознает, что не все его сознание связано с данными космического корабля.

Что приходит к Имп Плюсу среди озарения, так это ощущения того, что осталось от него.

Значит, некоторые изменения и являлись Имп Плюсом.

От его прошлой жизни осталось немного. Одно, к чему он часто возвращается, связано с туристической поездкой к Мексиканскому побережью незадолго до операции. Мужчина, похоже, страдал какой-то неизлечимой болезнью. Возможно, он каким-то образом был связан с космической программой или, по крайней мере, дал согласие на использование своего мозга в капсуле. Присутствуют обрывки разговоров.

Из этих ограниченных источников, наряду с ростом биологического вещества — в повествовании оно называется хлорелла 9  находясь в капсуле Имп Плюс собирает свое восприятие. Картинка складывается фрагмент за фрагментом, подобно пазлу, но без изображения на поверхности коробки в роли руководства. Поэтому фрагменты, кажется, далеко не всегда становятся на свое место, образуя связное целое. Лишь спустя, в течение книги можно, в конце концов, вместе с Имп Плюсом добиться полного ощущения себя.

Достижение этого требует от читателя не только значительного терпения, но и невероятных  предусмотрительности и сдержанности со стороны самого Макэлроя. Было бы намного легче пропустить сложный шаг с конструированием сознания Имп Плюса, ограничившись беглым несложным объяснением, как называют их разработчики программного обеспечения: внешними предпрограммами или скриптами для быстрого ввода. Но задачу, которую он сам себе ставит в «Плюсе», чрезвычайно пугающая. Как недавно написал Девид Авербах в замечательной статье на своем сайте waggish.org: «Макэлрой преследует цель взять язык, используемый воплощенными существами, и попытаться показать, как его можно применить в ситуации, где контактная поверхность субъекта с окружающим миром совершенно разрушена и полностью изменена: чувства удалены и заменены новыми видами нейронных связей».

Чтобы помочь самому себе изолироваться во время чтения «Плюса», я надел наушники и прослушал — несколько раз — эпическое четырехчасовое произведение Филипа Гласса «Музыка в двенадцати частях». Я нахожу определенное сходство в этих двух работах, в том, что в каждой использованы элементы, которые сами по себе просты, но затем посредством повторения, едва уловимых вариаций и накоплений создается новый тип сложности и красоты.

Конечно, музыка Филипа Гласса далеко не для всех. Также как и проза Джозефа Макэлроя. Но расправившись с «Плюсом» и размышляя о нем на протяжении двух последних недель, я вдруг понял, что живу в предвкушении штурма главного труда всей его жизни — «Женщины и мужчины». Чтение книги, которая в полтора раза длиннее «Войны и мира» и занимает свое место в рейтинге «10 самых сложных книг» онлайн-журнала The Millions. Это действительно сродни штурму Эль Капитана. Но затем мне попалось под руку издание за 15 долларов — книга вышла из печати и идет втрое дороже в Shakespeare and Company в Мизуле, и это, думаю, знак свыше.


Pollen papers archive: 
«Потерянный постмодернист: Джозеф Макэлрой» Гарт Риск Халлберг
«Интервью: Джозеф Макэлрой» Том Леклер

Notes:

  1. Alfred A. Knopf — издательский дом, основанный в 1915 году в Нью-Йорке Альфредом А. Кнопфом
  2. Раймон Кено (фр. Raymond Queneau; 21 февраля 1903 — 25 октября 1976) — французский писатель, поэт, эссеист, переводчик, участник сюрреалистического движениях
  3. Стив Катц (р.1935) — американский писатель раннего постмодернизма и авангарда
  4. Гарри Мэттьюз (1930–2017) — американский автор ряда романов, сборников поэзии, коротких рассказов и эссе. Переводчик с французского
  5. Здесь и далее цитаты из романа приведены в переводе Максима Нестелеева
  6. Эль-Капитан (El Capitan) — одна из крупнейших по величине горных вершин — монолитов в Северной Америке. Расположен в национальном парке Йосемити.
  7. Barnes & Noble — американская компания, крупнейшая в США по продажам книг
  8. Синестезия — нейрологический феномен, при котором раздражение в одной сенсорной или когнитивной системе ведёт к автоматическому, непроизвольному отклику в другой сенсорной системе
  9. Хлорелла (от греч. χλωρός, «зелёный» и лат. ella — уменьшительный суффикс) — род одноклеточных зелёных водорослей, относимый к отделу Chlorophyta

2 комментария

  1. Уведомление: Be is so + — pollen | fanzine

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.