Дон Делилло: субъективный путеводитель

Дон Делилло: субъективный путеводитель
Автор: Клим Токарев
Иллюстрации: Марина Леонтьева, Ирина Минеева


Дон Делилло. Возможно, мало кто из русских читателей знает это имя. При этом все ключевые романы этого американского автора переведены на русский язык — «Белый шум» 1, «Весы» 2, «Мао II» 3 и «Имена» 4 появлялись на прилавках российских магазинов в первом десятилетии двадцать первого века. Сегодня книги Дона Делилло на русском языке можно найти разве что на букинистических торговых площадках. Как мне кажется, Делилло не переиздают по вполне простым и понятным причинам — это не привлекательный с коммерческой точки зрения автор. Романы американского писателя замкнуты в пределах Соединенных Штатов Америки даже в тот момент, когда действие происходит в Ливане или Греции. Несмотря на гегемонию США в области мировой культуры (без лишних домыслов — просто констатация факта), работы Делилло все равно предлагают материал, который может быть преподнесен остальному миру лишь с большими помехами. Другой причиной низкого коммерческого потенциала в России является, несомненно, стиль. Делилло, — как и, например, русский писатель Владимир Сорокин, — мастер работы с письмом: его предложения, абзацы, главы обработаны с невероятной тщательностью — в каком-то смысле это поэзия, так как текст часто изобилует фонетическими и композиционными орнаментами. При этом поэтичная проза Делилло овеяна холодом — в мире, описываемом автором, нет места эмоции даже тогда, когда кто-либо из персонажей претендует на нее. Но стиль автора часто оборачивается и против него — неподготовленному читателю сложно пройти через эту модернистскую структуру, да и некоторые фрагменты действительно кажутся излишними, что особенно заметно в ранних работах. Тем не менее, Дон Делилло — одна из важнейших фигур в современной американской и мировой литературе, автор, который невероятно тонко чувствовал эпоху последней четверти двадцатого века, его тексты самодостаточны и как художественные произведения и как общественные высказывания по поводу послевоенного мира.

Этот текст задуман как путеводитель в мир творчества Дона Делилло. Опираясь на собственный опыт прочтения, я решил создать список для тех, кто хочет открыть для себя этого американского писателя. Он строится по принципу от самых доступных текстов до тех, которые предназначены для более узкого круга лиц. Сразу скажу, что это не попытка выявить лучшую и худшую книгу Делилло — я лично не могу назвать ни одну из прочитанных книг откровенно плохой, хотя к нескольким из них у меня есть свои претензии. Также я несколько ограничил себя в определенных моментах:

Во-первых, список состоит из текстов, выпущенных автором в XX веке. Примитивная причина — ничего из выпущенного после 2000 года я не читал. Причина посерьезнее — зарубежная литературная критика очень прохладна к Делилло после романа «Изнанка мира». Может, никто из них не прав, но в любом случае я пока что не имею оснований говорить об этом периоде в творческой биографии писателя.
Во-вторых, здесь нет драматургии, рассказов и публицистики. А также нет фильма Game  6 по сценарию Делилло. Снова ставит препятствия моя небольшая некомпетентность, к тому же Делилло — это, в первую очередь, романист. Может быть, в следующий раз.
В-третьих, я не беру в расчет роман 1980 года Amazons, который Делилло написал в соавторстве со Сью Бак и под псевдонимом Клео Бердвелл. Его я также не читал, и интересен он скорее тем, что автор от него отрекся — текст не перепечатывался и не включен в официальную биографию автора.


«БЕЛЫЙ ШУМ» (WHITE NOISE, 1985) 

Наверное, самый важный роман Делилло, который описывает состояние всего мира на ближайшие десятилетия. Все элементы творчества здесь сбалансированы — индивидуальный язык автора, сюрреалистичность описываемых событий, вопросы технологии, смерти и современного мировосприятия расставлены в нужных пропорциях, которые доступны и несведущему читателю и человеку, уже знакомому с творчеством американского писателя. Среди американских постмодернистов Делилло, кажется, ближе всех приближается к социуму — и в «Белом шуме» это проявляется самым очевидным образом. Семья Глэдни — американская общественная ячейка из палаты мер и весов, в которой каждый член семьи страдает своими неврозами, созданными окружающей средой. Сам текст строится отдельными эпизодами — и это играет на руку автору, так как тяжесть его стиля порой создает трудности для детального и длительного прочтения, — в одной сцене описывается «самый фотографируемый амбар Америки», в другой группа людей обсуждают, что они делали во время гибели Джеймса Дина, в третьей — младший сын главного героя на трехколесном велосипеде выезжает на автотрассу и чудесным образом не попадает под колеса машин. Все это описывается холодным языком, и тем не менее комический эффект усиливается. С другой стороны, эти же сцены окутаны ужасом современности, которая теряет границу между реальностью и вымыслом. Несомненным достоинством текста является и то, что темы, которые на протяжении последних десятилетий рассматриваются под разными углами, здесь приобретают универсальный характер — тот же потребительство, о котором так много сказано, в «Белом шуме» не кажется моветоном и сегодня — проблема не отделяется от других вопросов и является частью одной большой дискуссии, в которой все мы до сих пор являемся и объектами и субъектами.


«ВЕСЫ» (LIBRA, 1988) 

Cамый доступный текст автора, который при этом дает ясную картину взглядов писателя и интересующих его проблем. В центре романа — убийство Джона Ф. Кеннеди — одно из ключевых событий в новейшей истории США, которому было посвящено множество исследований и художественных произведений массовой и элитарной культуры. Делилло сбалансированно перелагает события, предшествующие убийству — по одной линии мы наблюдаем за становлением Ли Харви Освальда, по другой — оперативников ЦРУ, планирующих инсценировку покушения на президента США, по третьей — писателя Николаса Бранча, которому поручено написать документальное произведение, описывающее убийство Джона Кеннеди. На тех самых весах — фикция и реальность, при этом ни одно из повествований не претендует на однозначную фактографичность или фикциональность. Делилло, в отличие от многих, не пытается давать ответы, его задача — на конкретном примере показать, в каком состоянии находится мышление современного человека. Портрет ключевого персонажа — Ли Харви Освальда — дан в биографическом ключе, однако Делилло также дает волю вымыслу и дорисовывает личные черты — появляются диалоги героя и окружающих его людей, которые сложно задокументировать и подтвердить. С другой стороны, нарочито выдуманные оперативники получают черты, которые могут вывести их за рамки своей фикциональности. Таким образом, убийство Кеннеди в рассмотрении Делилло становится ключевым моментом перехода к постмодернистскому мышлению, которое отдаляет современного индивида от понятия истины.


«МАО II» (MAO II, 1991) 

Написанный между текстами «Весы» и «Изнанка мира» роман «Мао II» представляет собой рефлексию по поводу расстановки ролей слова и изображения в современном мире. В довольно расплывчатом сюжете описывается выход писателя-затворника Билла Грея на публику — тот решается на свою первую фотосессию, а также соглашается помочь вызволить швейцарского поэта из плена у террористов. Вдохновленная фотопортретом Джерома Д. Сэлинджера, сделанным в 1988 году, а также фотографией церемонии массового бракосочетания мунитов, книга рассуждает о личности и массе в современном мире, в целом утверждая истинность того, что «будущее принадлежит толпам». Словом, пользуясь строками Николая Гумилева, больше не разрушают города и не останавливают солнце —настоящим заявлением в поствоенном мире остался акт террора — к таким выводам приходит Делилло в период после того, когда аятолла Хомейни призывает мусульман казнить британского писателя Салмана Рушди. Текст тяжел стилистически, сюжетная составляющая практически отодвинута на второй план, но, тем не менее, в романе Делилло показывает свое умение предугадывать ближайшие тенденции и говорить о них с неочевидных позиций.


«ИЗНАНКА МИРА» (UNDERWORLD, 1997) 

На мой взгляд, самое главное произведение Дона Делилло, если можно проводить аналогии, то это американский «Улисс» послевоенной эпохи, промежуточное подведение итогов современной истории. Повествование отчасти имеет личный характер — ключевой герой, руководитель по управлению ликвидации отходов Ник, отчасти связывается с Делилло, который впервые обращается к своему итальянскому происхождению (на этом, правда, очевидная связь заканчивается). Однако история Ника Шея уходит за пределы его существования — повествование фокусируется на других персонажах, которые связываются друг с другом различными отношениями — от связующего героя мы переходим к современной художнице Кларе Сакс, афроамериканскому мальчику Коттеру Мартину, комику Ленни Брюсу и т.д. В итоге текст создает огромную панораму американского мира второй половины XX века. Наконец, Делилло раскрывает идею другой истории, которая происходит за пределами конвенциональных «исторических событий» — знаками времени становятся утилизируемые объекты, вроде презервативов, — на их развитии картина мира становится более детальной, и в то же время раскрывается проблема невозможности рассмотреть историю объективно из-за её неохватности — для описания необходим вымысел, который позволяет структурировать материал. Делилло в 800-страничном произведении старается подвести итоги не только общественного толка, но и итоги своих исследований в области смерти, восприятия окружающего мира и языковой действительности — автор тем самым закрывает одну из самых главных частей своей творческой карьеры, чтобы преступить к рассмотрению явлений начала нового тысячелетия.


«ИМЕНА» (THE NAMES, 1982)

Переходный роман американского писателя, в котором он перестраивает свое писательское мышление, характерное для его первых произведений. Роман был написан в период пребывания Делилло в Греции, которая была также избрана главным местом действия. Опыт жизни среди памятников античной культуры помог писателю открыть себя заново и развить раннее рассмотренные темы. В центре повествования находятся несколько персонажей, которые тем или иным образом сталкиваются с вопросами языка, терроризма, взаимоотношений США с восточным миром. Под пеленой повествования о сектантах, убивающих людей по языковому принципу, кроется размышление об оковах языка (и оковах образов) и попытках установить порядок в современном хаосе. «Имена» только открывают дорогу к главным работам Делилло, поэтому роман в ретроспективе кажется упражнением перед новым этапом — в чем-то персонажи произведения еще близки действующим лицам текстов «Американа», «Конечная зона» и т.д., при этом произведение как целое уже склоняется к повествованию «Белого Шума», «Весов», «Мао II» и «Изнанки мира». Тем не менее, роман «Имена» является важным звеном в понимании всей творческой и философской концепции автора, который в каждом тексте часто рассматривает одну и ту же проблему под множеством углов.


АМЕРИКАНА (AMERICANA, 1971)

Первый роман Дона Делилло. До того, как начать писательскую карьеру, Делилло работал копирайтером в печати, поэтому тот факт, что главный герой «Американы» является исполнительным продюсером телесети — не случаен, учитывая, что гипотетически следующей ступенью карьеры американского писателя могло быть телевидение. Текст разделен на четыре части, первая из которых открывает мир телесети и её работников изнутри, вторая посвящена юности героя, третья — путешествию съемочной группы документального фильма о племени апачи и съемке автобиографического авангардного фильма, которую проводит Дэвид Белл; наконец, четвертая часть, в чем-то пародирующая роман «В дороге» Джека Керуака повествует о путешествии главного героя на запад Америки. Уже в своем первом большом тексте Делилло размышляет об образах и их роли в современном американском обществе, ставя во главу произведения человека, связанного с телевидением. Дэвид Белл, как и многие герои раннего творчества Делилло, стремится найти выход из скучающего современного общества, в связи с чем решается снять экспериментальный фильм, однако идея индивидуального высказывания проваливается, о чем Делилло будет говорить по другому поводу в романе «Мао II». В чем-то «Американа» оказывается слаженнее, чем иные ранние работы, и при этом охватывает множество тем, рассматривая их достаточно глубоко, что удивительно для дебюта. Здесь же и появляется стиль Делилло, то самое безэмоциональное повествование, приближающееся к нулевой степени письма, в которой на самом деле прячется и цитирование, и пародия, и ирония. Нельзя сказать, что этот текст может стать хорошим введением в творчество писателя — в нем еще нет той цельности, которая достигается Делилло, например, в романах «Белый Шум» и «Изнанка Мира», а стиль, кажется, слишком тяжеловесен для тех, кто еще не ознакомился с другими произведениями, — но, тем не менее, это сильное высказывание от начинающего автора.


«КОНЕЧНАЯ ЗОНА» (END ZONE, 1972)

Наряду с «Грейт-Джонс-стрит», один из «камерных» романов Делилло. В тексте рассказывается история Гари Харкнесса, игрока в американский футбол в колледже Логос, которого захватывает идея возможности ядерного апокалипсиса. В американской культуре есть специфический сюжет о талантливых спортсменах, которые не отличаются умом и получают заветные тройки по предметам только лишь за свои спортивные достижения. Гари и его товарищи по команде, в свою очередь, оказываются глубокими созерцателями, чьи мысли удивительно близки, к примеру, каким-нибудь постструктуралистам. Уже здесь вырисовывается отчетливый интерес автора к языку — начиная от построения определенных языковых практик отдельных героев романа и заканчивая описанием непосредственной игры на спортивном слэнге, — однако главным вопросом становится война в эпоху постмодерна. Американский футбол в романе — связующее звено между межплеменными доисторическими войнами и локальными боевыми действиями, которые являются альтернативой третьей мировой войне. Делилло удается одна из самых сложных задач — описать спорт в форме текста, использо- вать его так, чтобы он соответствовал литературной форме (точно также ему удастся ввести бейсбол в романе «Изнанка мира») «Конечная зона», несомненно, легче для восприятия, чем первый роман «Американа» — кажется, что Делилло заостряет свой стиль, делая его более доступным, однако все же в перспективе такое суждение оказывается заблуждением, поэтому так важен контекст более поздних романов.


«ГРЕЙТ-ДЖОНС-СТРИТ» (GREAT JONES STREET, 1973)

Третий роман Делилло, близкий по своему минималистичному стилю уже упомянутому тексту «Конечная зона». Вдохновленный, кажется, аварией Боба Дилана на мотоцикле в 1966 году (хотя этот факт не так важен для самого произведения), сюжет повествует о рок-звезде Баки Вундерлике, ушедшем в подполье в разгар тура своей группы. Баки поселяется в квартиру на улице Грейт Джонс, где и происходит основное действие романа. Впоследствии персонаж оказывается вовлечен в попытки реализации таинственного наркотика, блокирующего речевой центр индивида. Помимо этого, ему приходится разбираться со своими «Горными записями» — материалом, записанным в его собственной студии в одиночестве. Среди всего прочего, текст рассматривает тогда популярную рок-музыку с позиции массового сознания — массы начинают доминировать в современном сознании, они диктуют судьбы, в частности, и популярных музыкантов, чья жизнь по логике толпы должна закончиться из-за передозировки наркотиками или самоубийства. Здесь же вновь ставится проблема индивидуального высказывания и приватности, а вместе с тем и рассматриваются попытки установить порядок в постмодернистском мире — таким образом, текст прокладывает мост от «Американы» к «Именам», ибо в обоих имеются группы (в случае с «Грейт-Джонс-стрит», это коммуна «Ферма Веселой Долины»), стремящиеся восстановить допостмодерновый порядок. Здесь же продолжается разговор о языке (в частности, о бессвязной речи — слов без содержания), а также о месте писателя в мире современности (здесь писательская фигура — сосед Баки с верхнего этажа Эдди Фениг, автор массовой литературы). Возможно, «Грейт-Джонс-стрит», как и «Конечная зона», уступает по замыслу и масштабу другим работам Делилло, однако, тем не менее, это интересное размышление о популярной культуре и её роли в современном обществе, которое оформлено в виде сюрреалистичного (и в какой-то мере кинематографичного — это же, кстати, можно сказать о «Конечной зоне») сюжета.


«БЕГУЩИЙ ПЕС» (RUNNING DOG, 1978)

Название шестого романа Делилло отсылает как и к названию когда-то подпольного журнала (здесь Делилло пародирует журнал Rolling Stone, который тоже когда-то был «подпольным», а затем становился все более массовым), но и к одному из основных героев Глену Селви — агенту под прикрытием, мальчику на побегушках, или же тому самому Бегущему Псу (это и его индейское имя и одновременно отсылка к изначальному значению фразеологизма — лакей) , который ищет компромат на сенатора, занимающегося расследованием деятельности его организации. В центре сюжета — таинственная пленка, на которой якобы запечатлена оргия в бункере с участием Адольфа Гитлера и которую ищут несколько персонажей романа. Наиболее стилизованная под массовую литературу про шпионов, книга, тем не менее, продолжает рассматривать ключевые для Делилло вопросы, а также вводит несколько тем и смыслов, которые были актуальны ко времени написания текста (в частности, завуалированный комментарий о войне во Вьетнаме). Перед нами все еще раннее творчество, где Делилло ищет себя, строит свои основные темы, а также создает определенные образы, которые в дальнейшем перейдут в другие романы. К проблемам романа можно отнести как раз ту самую стилизованность под массовую литературу, стиль которой может увести от тех смыслов, которые писатель вносит в каждый свой текст. Но все же, за этой стилизацией стоит сам Делилло, чей почерк не теряется даже на фоне такой сконцентрированной жанровой игры.


«ЗВЕЗДА РАТНЕРА» (RATNER’S STAR, 1976)

Одно из самых амбициозных произведений Делилло, довольно нетипичный для самого автора — здесь он ближе скорее к Томасу Пинчону, чем к самому себе. Билли Твиллигу, 14-летнему математику и нобелевскому лауреату, дают задание — расшифровать сообщение, полученное со звезды Ратнера — такова предпосылка романа. Текст написан в духе текстов эпох Возрождения и Просвещения, и на ум сразу приходят Джонатан Свифт, Вольтер, Франсуа Рабле, а также писатель уже 19 века Льюис Кэрролл, чьими романами («Алиса в стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье») непосредственно вдохновлялся Делилло во время написания «Звезды Ратнера». В центре текста — проблема науки и её претензии на объективность. Персонажи романа, тем или иным образом связанные с наукой, подобны лапутянам в своей комичной нелепости и абсурдности суждений, однако Делилло использует куда более точные инструменты для разоблачения мифа об объективности науки. Для данного романа, как для большинства текстов Делилло, характерен холодный стиль, за которым скрывается довольно своеобразный комизм, при этом не требующий специфических знаний о науке. Роман достоин вдумчивого прочтения, порой он провисает под собственными амбициями, но тем не менее в нем можно наблюдать довольно интересную ветку размышлений о науке (конечно, преимущественно естественной), которая, кажется, так и не нашла своего развития у автора в дальнейшем (NB: По крайней мере, очевидных размышлений о науке не наблюдается в других текстах до 2000 года).


«ИГРОКИ» (PLAYERS, 1977)

Пятый роман Дона Делилло кажется чем-то незавершенным  — по крайней мере, такое впечатление сложилось после первого прочтения. В фокусе повествования — супружеская пара: муж работает в фондовой бирже, жена — в фирме по управлению горем, расположенной во Всемирном Торговом Центре. Игроками главные герои являются потому, что решаются выйти из своей рутины — Лайл втягивается в серию бесконечных и бессмысленных заговоров, а Пэм отправляется в путешествие с гей-парой в Мэйн. Как обычно, автором рассматривается вопрос об отношении хаоса и порядка в современном мире, а также уже чуть глубже раскрывается тема терроризма (сюжетная часть, в которой один из коллег Лайла застрелен во время попытки совершить теракт, оказывается пророческой — в исторической реальности целью оказывается не Биржа, но Всемирный Торговый Центр), но при этом кажется, что в тексте слишком много незаполненных мест, а кульминация хоть и комична, но не закрывает повествование должным образом. В целом, ранние романы, кроме, пожалуй, «Американы», имеют общие недочеты
(с другой стороны, при определенном взгляде они могут оказаться достоинствами), поэтому сложно прийти к консенсусу в их оценивании, — для кого-то «Игроки» окажутся сильнее, чем другие тексты. И вновь стоит отметить, что этот текст также важен для понимания системы взглядов Делилло, как и остальные работы.


Notes:

  1. Перевод Виктора Когана
  2. Перевод Юлии Смирновой и Яны Токаревой
  3. Перевод Светланы Силаковой
  4. Перевод Владимира Бабкова

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.