Страх, отвращение и медвежонок Руперт

История самого нелепого суда над издателями в Британии
Алексей Поляринов


У медиамагната Феликса Денниса много достижений. Он, например, первый человек в истории британского телевидения, который произнес слово «cunt» («пизда») в прямом эфире. 7 ноября 1970 года на шоу Дэвида Фроста пришел политический активист Джерри Рубин. Когда во время интервью Фрост назвал гостя «разумным человеком», и зала донеслось: «Да он самая неразумная пизда из всех, кого я знал в жизни!». Дэнниса вывели из зала. Тогда он еще не был медиамагнатом, ему было 23 года, и он работал редактором в журнале OZ.


Ричард Нэвилл родился и вырос в Австралии, в Сиднее. В 1963 году он основал OZ, контркультурный журнал, в котором старался писать о том, о чем не пишут в официальных СМИ. Ему было 22, и он писал статьи о подпольных абортариях и брал анонимные интервью у врачей; в OZ так же выходили статьи о поясах верности, проституции, наркотиках и прочих непростых темах, из-за которых автора дважды оштрафовали за «нарушения общественных норм».

В 1966 году Нэвилл эмигрировал в Англию, в Лондон, где снял небольшой подвал в Ноттинг Хилле и снова стал издавать OZ. Чуть позже к нему присоединились Джим Андерсон и Феликс Деннис. С Андерсоном Нэвилл познакомился во время демонстрации за легализацию марихуаны в Гайд-Парке, а с Деннисом вышло еще веселее — тот изначально устроился в OZ разносчиком журналов, но так хорошо справлялся, что очень скоро его повысили и перепоручили ему все обязанности по распространению свежих номеров.

Слева направо: Джим Андерсон, Феликс Деннис и Ричард Нэвилл

В начале 1970 года, как вспоминает Нэвилл, он вдруг почувствовал себя старым и скучным, ему захотелось добавить в жизнь OZ немного безумия. И так в февральском номере появилась полушутливая заметка от редакции:

«Команда OZ чувствует себя старой и скучной, поэтому, чтобы вдохнуть в наш любимый журнал жизнь, мы решили пригласить наших читателей младше 18 лет поработать над апрельским номером». Далее уточнялось, что за работу не заплатят, но «вы получите полную свободу, а команда OZ будет безропотно выполнять ваши поручения».

Спустя месяц двадцать подростков 13-17 лет собрались вместе в подвале в Ноттинг Хилле и прошли собеседование (четверо из них позже добьются определенных успехов: Питер Поихэм и Дейан Суджин станут журналистами; Колин Томас — фотографом; а Труди Браун — редактором в «Harper’s»). В течение следующих двух недель подростки отрывались по полной. 28-й выпуск журнала, получивший название School Kids Issue, почти целиком состоял из похабных картинок и скабрезных статей. Обложка выглядела вот так:

Номер напечатали, разослали по киоскам и, как вспоминал Нэвилл, продавался он очень плохо. Спустя два месяца в редакцию ворвались полицейские. Они опечатали двери и изъяли 400 экземпляров журнала в качестве «вещественного доказательства».

В июне 1971 года Ричард Нэвилл, Джим Андерсон и Феликс Деннис предстали перед судом по обвинению в «оскорблении общественной морали».

Всем присяжным было за 50, и они не скрывали своего презрения к подсудимым. Как не скрывал его и судья, Майкл Эрджайл, которого попросту раздражали длинноволосые хиппи в ярких рубашках с принтами, похожими на псилоцибиновый трип. Эрджайл был известен своей свирепостью, даже для грабителей он всегда требовал пожизненное.

В суд то и дело приглашали психологов, обвинитель показывал им обложку журнала и задавал совершенно дикие вопросы, например, пытался выяснить, способны ли похабные картинки превратить «нормальную» женщину в «лесбиянку».

Особенную ярость у обвинения вызвал комикс про медвежонка Руперта, в котором этот самый медвежонок занимается сексом с женщиной.


И прокурор и судья всерьез обсуждали с экспертами, можно ли считать изображение в комиксе изнасилованием, — и как определить, действительно ли медвежонок занимается с ней сексом по обоюдному согласию.

Вот, например, фрагмент стенограммы допроса одного из психологов 1:

Брайан Лири (обвинитель): Как вы думаете, сколько лет медвежонку Руперту? Каков его возраст?
Скофилд (психолог): Ох, мне очень жаль, но я не эксперт по медведям.
Лири: А вам и не нужно быть экспертом, он ведь не меняется с годами, так? Руперт не растет.
Судья Эрджайл: Я думаю, вопрос можно сформулировать так: «каков возраст Руперта: он ребенок или взрослый?»
Скофилд: Это нереалистичный вопрос, с тем же успехом вы можете спросить у меня, сколько лет Юпитеру.

Процесс получил небывалую огласку. Каждое заседание обсуждалось в прессе, все признавали, что суд над OZ — это не просто очередное разбирательство о природе порнографии, это самое настоящее столкновение двух Англий, старой, — консервативной, пуританской и во многом ханжеской, — и новой, либеральной, контркультурной, психоделической. Отцы и дети выясняли отношения. За OZ вступились даже Джон Леннон и Йоко Оно, а продажи 28-го номера за время процесса благодаря эффекту Герострата выросли до 80 000 экз.

Народ активно поддерживал команду Нэвилла, люди устраивали пикеты у здания суда, носили значки и майки с принтами, призывающими отпустить издателей. Никто не верил, что дело может принять серьезный оборот. Но 28 июля 1971 года жюри присяжных, проведя в комнате для совещаний 3 часа 43 минуты, признало команду OZ виновной по четырем статьям — «публикация материалов непристойного характера; рассылка материалов непристойного характера по почте; и два случая публикации материалов непристойного характера с целью получения прибыли [sic]».

Приговор поверг в шок всех. Ричард Нэвилл получил 15 месяцев тюрьмы с последующей депортацией в Австралию, Джим Андерсон — 12 месяцев, так же с депортацией, Феликс Деннис — 9 месяцев, потому что, по словам судьи, «в отличие от двух других он не блещет умом».


Про Нэвилла есть очень забавная история. Когда после оглашения приговора его отвезли в уандсвортскую тюрьму и затолкали в камеру, у них с сокамерником случился такой диалог:
— Тебе сколько дали?
— 15 месяцев. А тебе?
— Мне тоже 15.
— Тебя за что закрыли-то?
— Я пытался убить жену. А тебя?
— Я издавал журнал.

На следующий день после приговора к зданию уголовного суда Олд-Бейли потянулись тысячи протестующих. Они жгли портреты судьи Эрджайла и требовали освобождения команды OZ. Полицейских закидывали камнями и дымовыми шашками.

На фото: демонстранты сжигают портреты судьи Эрджайла

Беспорядки продолжались несколько дней, во многом благодаря ним адвокат Нэвилла смог быстро подать апелляцию и доказать, что судья был необъективен и манипулировал членами жюри. В итоге все решения Эрджайла отменили, и Нэвилл и его команда вышли из тюрьмы уже через неделю.


Что же касается Феликса Денниса, который по мнению Эрджайла «не блистал умом» — спустя десять лет после процесса он уже владел активами на десятки миллионов долларов, и издавал несколько журналов, включая первые в британии журналы о компьютерах MacUser и PC Pro. К началу нулевых его состояние насчитывало уже более 500 миллионов. Деннис писал картины, книги и вкладывал огромные деньги в сохранение и восстановление лесов. Большая часть его личного состояния ушла на содержание и расширение заповедника размером в 30 000 акров. Неплохо для человека, который «не блещет умом».


Больше дичи в телеграм-подвале Алексея Поляринова «Белый шум»

Notes:

  1. цитата из книги Лэнса Паркина «Magic Words: the Extraordinary Life of Alan Moore»

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.